horny jail crossover

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » horny jail crossover » альтернатива » vinter in di greste keltn [2018]


vinter in di greste keltn [2018]

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

winter in the greatest cold
ost: Wolfsheim - The Sparrows And The Nightingales
https://i.imgur.com/KtnaEyY.png
нью-йорк, зима 2018 года

and god is on your side dividing presence from our history; watching all the time dividing deaf men from the listening ones.
участники: йозеф ландау х андерс блумквист

[icon]https://i.imgur.com/YA0Lext.gif[/icon][nick]Josef Landau[/nick][status]saw the darkest hearts of men[/status][lz]vos zol men ton as es lerent zich nit?[/lz]

+2

2

[nick]Josef Landau[/nick][status]saw the darkest hearts of men[/status][icon]https://i.imgur.com/YA0Lext.gif[/icon][lz]vos zol men ton as es lerent zich nit?[/lz]

Это был особенно холодный день. Из тех, когда руки печёт от мороза даже в карманах. Но Йозеф ничего не ощущал. Он встал до рассвета, позавтракал пресной овсянкой и чёрным кофе. Не включал радио, не брал в руки газет или книг. Одежда была выбрана и выглажена заранее, каждый шаг по квартире соответствовал плану. Тело двигалось инертно, чтобы не мешать голове принимать решение. Последний час перед выходом из дому он сидел в тишине и смотрел в окно на голые деревья. Положил в сумку плоскую стеклянную бутылку без этикетки и вышел.

Всё происходило быстро: Бета Зезман ждала у входа в клинику ровно в назначенное время. Они с Йозефом поздоровались поцелуем в щёку, молча прошли по записи в кабинет, говорили с врачом не более пяти минут. Пункция была просто формальностью, Йозеф знал, что за ночь Бета уже приняла решение и ни на что не надеется. Так же молча, ничего не обсуждая, и не выказывая никаких эмоций, они взяли чаю и пошли в ближайший пустой парк, чтобы с лавочки наблюдать за птицами на искусственном пруду.

— Ты всё-таки подумай над операцией, — спокойно сказал Йозеф, глядя вперёд, — Деньги не проблема.
— Чтобы мочиться под себя и лежать вся в трубках? Моя семья этого не заслуживает, — Бета возмутилась. — У меня к тебе просьба.
— Ещё одна? — он хмыкнул.
— Не паясничай, — Бета взяла его за руку, у неё была неожиданно тёплая ладонь. — Позаботься о Голде. Папка наговорил ей ерунды… Она теперь думает, что она обуза для ковена… Бедный брошенный ребёнок. Не бросай её. Ради меня.
— С ней всё будет хорошо, я тебе клянусь, — Йозеф сжал руку Беты и обнял за плечи, — Я ищу сейчас одного человека… Он может помочь. Твоя помощь нам бы тоже пригодилась.
— Поздно, мотэк, — она похлопала Йозефа ладонью по колену, выбралась из объятий, молча протянула ему открытую ладонь. Не глядя в глаза, Йозеф вытащил из сумки бутылку и отдал Бете. Из-под металлической крышки пахло горькими нездешними травами.
— Хочешь, я пойду с тобой?
— Нет, хочу побыть одна… А ты поддержи Голду, — Бета поднялась со скамейки и ушла, не прощаясь.

Прошёл месяц или около того — очень стремительно. Похороны, скорбные дни, поминальные обеды. Он даже помогал Зезманам разобрать и сдать вещи бабушки. Поиски Херманссона всё отклыдвались и откладывались, пока его контакты сами не попали к Йозефу через старых знакомых.

Андерс не сменил имя, но почему-то стал Блумквистом. Должно быть, женился, — Ландау не стал уточнять. Он помнил Андерса молодым и очень деликатным мужчиной. Про таких он говорил “способный мальчик”, как будто был ему близким родственником или, по крайней мере, не был бы против взять шефство.
Прошло какое-то ужасное количество лет, способному мальчику Андерсу уже за пятьдесят. Хотелось верить, что он всё это время работал над своими знаниями.

Крайне сухая переписка. Перелёт из Вашингтона в Нью-Йорк. Отель с ужасным мылом, которое сушит кожу. Невкусный чай. Они договариваются о встрече в каком-то кафе в центре города, Йозеф совсем не ориентируется в Нью-Йорке. В пустом заведении он садится ждать за столик у окна, чтобы попытаться угадать, кто из прохожих — Андерс теперь уже Блумквист.

Кто-то входит тихо, с кем-то здороваются официантка и бариста. На пороге стоит Андерс, который выглядит точно так же, как почти тридцать лет назад.

+2

3

Андерс не помнил прошлое или предпочитал делать вид, что не помнит, игнорируя все, что было связано с Швецией, его прошлыми делами и настоящей фамилией. Андерс Блумквист — был пускай и не так широко известен общественности, как Херманссон, но все же и у него были дела, занимающие определенное время. Иногда он задумывался о том, чтобы нанять себе помощника, потому что сейчас их становилось все больше, но нежелание перепоручать кому-то свое дела и недоверие, были сильнее. Это письмо — направленное Андерсу Херманссону, явно было подтверждением его мыслей. Доверить такое он никому бы не смог.

В переписке Андерс предпочитал сохранять нейтралитет, сухо отвечая на поставленные вопросы или выдвигая свои условия. Кафе — хорошо ему знакомое, чтобы удобно было добраться и ему, и Йозефу с аэропорта. У него, вопреки вампирской природы, всегда были на примете несколько таких кафе: уютных, с хорошей кофейной картой и удобным расположением. Если встреча была иного характера, он предпочитал ресторан.

В договоренный час — Андерс и правда вызвал такси, все это время едва заметно нервничая, поджимая губы, и по большей части избегая прямых взглядов, сжимая ладонь на зонте-трости сильнее привычного. В кафе — Андерс вошел уверенной походкой, едва улыбаясь одними губами и отвечая на вопрос официанта фразой «меня ждут».

Также элегантно, как он до этого вышел из такси, Андерс подошел поближе к столу и снял шарф и пальто, оставляя перчатки в кармане, а зонт — на вешелке, действуя по четко выверенному алгоритму. По нему же — он отодвинул стул, чтобы присесть. Избегать чужого взгляда не удалось, и Андерс в свою очередь сухо поприветствовал Йозефа.

На секунду в его голове зависла мысль, нужно ли ему сейчас притворяться вежливым и учтивым, или наконец-то можно проявить свое настоящее лицо. Пока Андерс не мог понять, насколько это будет необходимо, да и вообще что-то прочитать по чужому выражения лица — он тоже не мог, все зависело от разговора и самого Йозефа. Да и он никогда этого не умел, справедливости ради. Был лишен он и эмпатии, действуя по хорошо выученным алгоритмам, полагаясь на чужое поведение. Да и чужое мнение, и необходимость производить на людей правильное впечатление, всегда были для него важнее всего. Какое впечатление он хочет  произвести на Йозефа — Андерс пока не знал. По переписке было мало что понятно, а они пока только обменялись приветствиями.

Размышления Андерса прервались подошедшей официанткой, которой Андерс лишь улыбнулся в ответ и попросил воды, уточнив, можно ли тут курить. Ни кофе, ни чай его не интересовали, а вот его собеседника — могли. И он также вежливо уточнил, что будет Йозеф и не против ли он будет, если Андерс все же закурит.

— Считайте это за проявлением гостеприимства, — Андерс учтиво добавил, прежде чем ушла официантка, и он снова стал таким же серьезным. — Я предлагаю преступить сразу к делу. После нашей встречи у меня запланирована другая, поэтому у нас есть не более часа, — Андерс сверился с наручными часами. — Я могу вызвать вам такси отсюда в аэропорт, если будет необходимо, — все это — не более чем условности. — Так в чем состоит проблема и как я могу помочь? — Андерс только поблагодарил, когда официантка принесла заказанное, аккуратно ставя на стол пепельницу.

Он не думал, что будет курить — да и вовсе рассчитывал, что они разберутся со всем не больше чем за получаса. На самом деле, рабочая встреча была не такой срочной, да и он мог ее отодвинуть по графику, но ему было просто неинтересно. И во всем его поведении сквозила легкая ленность, скрываемая под вежливостью и учтивостью. Андерс умел красиво говорить, как и притворяться.

Только вот дела ковенов и прошлого — давно перестали его интересовать. И чаще они раздражали его, заставляя отстраниться. Хорошо, что эта встреча — была из тех, что не требовали пока от него много усилий. Да и Йозеф раньше был ему приятен, так что ему почти не приходилось притворяться. Только Андерс не знал, что его ждет, но и старался об этом много не думать, сосредоточившись на моменте и на чужом лице, в отличие от него, изменившимся, пусть и несильно.

[nick]Anders Hermansson [/nick][icon]https://i.imgur.com/4iNCYnU.png[/icon][sign]цезарь[/sign][lz]<center>there's a game they play that I'm not part of</center>[/lz][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">unreal real</a>[/fd]

Отредактировано Garrett Hawke (2022-07-26 23:19)

+2

4

[nick]Josef Landau[/nick][status]saw the darkest hearts of men[/status][icon]https://i.imgur.com/YA0Lext.gif[/icon][lz]vos zol men ton as es lerent zich nit?[/lz]

Йозеф удивлён, но старается демонстрировать это удивление как приятное — его уже всё равно не скрыть. Но есть что-то ещё, какая-то эмоция, которая делает его улыбку сложной и не очень естественной.

— Спасибо, мистер Блумквист, но я пока ещё в состоянии вызвать себе такси сам, — он аккуратно и коротко смеётся, как будто это самоирония, а не желание одёрнуть Андерса и указать ему на хамство. — Хотя возраст, конечно, не скроешь… Но вы меня удивили. Вы даже талантливее, чем я помню. Прямо-таки остановили время. Ну да ладно, — он отмахивается ладонью от дыма, — Не буду надоедать комплиментами.

Ландау сам себе кажется пассивно-агрессивным, но это не из-за того, как Андерс ведёт беседу. Пренебрежительный тон человека, у которого просишь помощи — вполне выносимое явление. Если хочешь получить что-то взамен, позволь дарителю чувствовать себя при власти: он может быть самовлюблённым, требовать внимание, язвить, снисходить — какая разница? За этим столиком Андерс Блумквист может быть кем угодно.

Официантка приносит чёрный кофе и Йозеф смотрит на своё бледное поплывшее отражение на поверхности. Всё становится так просто и не больно: он всего лишь ужасно завидует тому, каким молодым остался Андерс. Ни одна новая морщина не пролегла на лбу или возле губ, волосы не поредели, не высохли ладони, не испортились зубы. Артефакты Андерса сохранили ему молодость, в то время как алхимические зелья Ландау прожгли желудочную язву в обмен на чуть более приемлемое лицо. Из всех зеркал и панорамных витрин на Йозефа Ландау смотрит безобразный старик. И лучше уже не сделать — он будет становиться только старше, всё ниже будут нависать надбровные дуги, всё сильнее будут ныть суставы.

Бета так старалась сохранить угасающую красоту, что спокойно заплатила за неё раком. То же, наверное, в недалёком будущем ждёт и Йозефа.

Что ж, тем важнее успеть защитить Голду.

— На члене моей семьи лежит родовое проклятье. Ни я, ни другие старейшины не можем его снять. Мы много где были и много что испробовали — это всё бесполезно. Я долго вас искал, потому что ковену нужна помощь, — Йозеф трогает пальцами чашку и сам это замечает — он нервничает. — Даже если проклятье нельзя снять, может быть вы сможете хотя бы придумать, как защитить этого человека. Цену можно обсудить. И я готов к тому, что она будет высокой.

+2

5

Андерс нисколько не скрывал своей брезгливости и высокомерия, когда отпускал прошлый комментарий. Но делал он это изначально все же из вежливости, лишь потом осознав, какой это несло с собой подтекст. Ему — так держащемуся за внешнюю картинку, на секунду стало неловко и он даже опустил глаза, нервно смаргивая. Но потом осознал, что ему это однозначно простилось, ввиду обстоятельств, и никак не повлияло на его лицо, и приподнял взгляд. Изначально он только переживал о том, что о нем испортится мнение, а не о том, что он может причинить кому-то неудобство или задеть. Это никогда его не интересовало. Да и с некоторыми знакомыми, что были в курсе его истинного характера или давно знали, он вел себя иначе, и мог давать поблажки или наоборот — сдерживаться, считая их за равных. А с равными или близкими ты не будешь вести себя как мудак, пытаясь быть для них лучше. Андерс искренне старался для своего узкого круга, но для остальных — не видел в этом необходимости, лишь для коллег надевая маску и пропуская через три фильтра вежливости. Андерс Блумквист — искренне заботился о своем лице, Андерсу Херманссону — было давно наплевать. Но сейчас он был исключительно Андерсом Блумквистом и ему стоило об этом помнить.

Андерс на секунду замолчал, принимая в голове решение и раздумывая, насколько необходимы извинения в данном случае. Также внимательно он осмотрел лицо Йозефа, лишь закусывая губу.

— У возраста большая цена, — Андерс улыбнулся одними губами, потому что глазами — улыбаться не умел. Не входили в его компетенцию и пустые беседы, поэтому он только наблюдал за собеседником, внимательно, как бы украдкой присмотриваясь к чужому лицу  (он настолько привык к собственному, не меняющемуся из года в год отражению, что концепт старости был для него чужд). Потом, когда Йозефу принесли кофе, на то, как едва колеблется отражение и блики на фарфоре.

Взгляд Андерса стал более сфокусированным и собранным, когда он услышал про артефакт. Вместе с ним — лицо приняло такое же ровное, безэмоциональное выражение. По нему — было совершенно непонятно, о чем он думает или что испытывает.

— Я думаю, цена будет метафоричной. Посчитаем это за старый долг. Мне нужно знать, что это конкретно за проклятие, как оно проявляется и сколько уже оно длится. Снять — его не обещаю, но изготовить защитный артефакт — в моих силах. Скажем так, мои способности сейчас стали другого толка. Мне нужно видеть человека, для которого будет изготовлен артефакт, или же иметь на руках кровь, волосы или любой генетический материал. Как оно проявляется? Вы пробовали купировать его другими артефактами или это будет сделано впервые? — Андерс был готов принять любой ответ, но, если он окажется первым артефактором, у которого они просили помощь, трудно будет скрыть разочарование. — Какой это тип магии? Возможно, имеет смысл купировать черную магию черной, но я об этом еще подумаю, — Андерс достал ежедневник. Обычно — он пользовался notion, но сейчас попросту посчитал невежливым делать электронные заметки. В его голове проникла мысль еще о том, чтобы включить диктофон, но он не журналист, чтобы позволить себе такую роскошь.

— Я сейчас работаю в тандеме, так как мои способности сильно ограничены. Я могу только продумать артефакт и расписать заклинание, изготовить его немагическим путем, но заклинать его будет другой человек. Тем не менее, гарантирую, что на его качестве это никак не отразится. Я уважаю своих заказчиков и всех, кто обращается ко мне за помощью, и моя работа и работа моего коллеги практически никак не отличается. Назовем это последствием возраста. Магия имеет свою цену: как мне пришлось ее заплатить, так и вам, как и придется человеку, для которого будет сделан артефакт. Я не гарантирую последствий на данном этапе, но в процессе изготовления скажу точнее, — Андерс пока ничего не писал, только подведя черту. От того, что ему скажет — будет сильно много зависить. Но родовые проклятия не были чем-то сложным. Практичным — да.

— Также мне нужны данные о влиянии проклятья на всех членов семьи, данные об их смерти и заключения врачей. Это нужно, чтобы сделать заклинание наиболее точным. Я сейчас не могу быть до конца уверенным, но, возможно, мне удастся повлиять и на само проклятье. Не могу говорить наверняка, пока для меня очевиден только успех защитного артефакта для конкретного члена семьи, — «чем он вам дорог, раз вы пришли только сейчас и позволили семье до этого умирать?» — Андерс оставил свои мысли при себе, но ни в его словах, ни во взгляде не читалось сочувствия, а сам он вел себя довольно отстраненно. Словно ему было и правда все равно. На самом деле — его только злило напоминание о том, что он мог раньше, когда ему не нужен был человек, который будет делать за него большую часть работы. И на каждого знакомого из прошлого он реагировал подобным образом, принимая подобные просьбы за личное оскорбление, потерпеть он которое был не в силах, только смириться с ним.

[nick]Anders Hermansson [/nick][icon]https://i.imgur.com/4iNCYnU.png[/icon][sign]цезарь[/sign][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">unreal real</a>[/fd][lz]<center>there's a game they play that I'm not part of</center>[/lz]

Отредактировано Garrett Hawke (2022-07-26 23:19)

+2

6

[nick]Josef Landau[/nick][status]saw the darkest hearts of men[/status][icon]https://i.imgur.com/YA0Lext.gif[/icon][lz]vos zol men ton as es lerent zich nit?[/lz]

Мои способности ограничены, не могу творить заклятья своими руками, улыбаюсь закрытым ртом, в пятьдесят с лишним выгляжу как молодая кинозвезда — на что всё это похоже? Йозеф резко откинулся на спинку стула. Он так глубоко ушёл в свои догадки, что пропустил половину вопросов, его взгляд сделался расфокусированным, из плеч и груди ушёл тонус — от разочарования он перестал стараться.

Андерс не заканчивал задавать вопросы. Их было так много, что Йозеф забыл самый первый. Он дважды открывал рот, чтобы перебить, но останавливал себя. В конце концов, Ландау снова выпрямил спину и постарался включиться в контакт. Кем бы теперь ни был Андерс, он готов помочь и, что важнее, он заинтересован. Для него это имиджевый кейс, а не помощь старому другу — так даже лучше. Мало кто искренне старается быть альтруистом.

— Я не справлюсь со всем пулом вопросов за время, которое мы отвели на встречу, — Йозеф аккуратно и очень ласково улыбнулся, — Поэтому давайте я тезисно опишу самое важное. Это так называемое “проклятье должника”. По крайней мере, оно так называется в наших кругах. У него антисемитские корни, — он поднял руку ладонью к Андерсу и начал загибать пальцы, — Когда и кто его наложил мы не знаем, потому что оно попало в ковен только сейчас. После смерти носителя проклятие переходит к самому младшему в роду. Проклятая предыдущего поколения была членом семьи. Но не состояла в ковене. Третье — и самое важное — за ней охотятся. Любой маг может отобрать у проклятого силу. Но только если этот маг — не еврей, — Ландау улыбается, как будто это что-то смешное, но на самом деле он улыбается своим мыслям. Будь Андерс был магом, гораздо сложнее было бы ему довериться и рассказать о механике проклятья. Ковен живёт в состоянии постоянного напряжения. Кто и кому продаст эту информацию завтра невозможно предсказать. То, что они с Андерсом знакомы много лет — не гарантия его верности. Другое дело — как сильно он дорожит своей репутацией. Торговать чужими данными, скорее всего, ниже его достоинства.

— Мы не хотим ни с кем драться. Сейчас с этим справляются големы, но ковен не может постоянно концентрировать все силы на защите одного человека. Помогите сделать так, чтобы гоняться за ней стало просто невыгодно, — Йозеф, не прекращая говорить, подносит ко рту чашку с кофе, от стыда ему хочется прикрыть хотя бы половину лица, — Мы с Бетой Зезман пытались хотя бы заблокировать “утечку” силы... Но это оказалось токсично для носителя. Она не может ни пользоваться магией, ни копить её в себе. Это проклятье — игра в шахматы. А я не умею играть в шахматы.

+2

7

Жизнь — это игра, и побеждал в ней не всегда сильнейший. Вот и Андерс периодически проигрывал, пропуская ходы. Он не играл в карты, но провел все время блефуючи. Вот и сейчас на его лицо не читалось эмоций, когда в голове же было шумно.

«Почему именно он?» — и это был вопрос не о том, почему выбор был сделан в его пользу, нет. Дело было совершенно не в этом. Андерс начинал скучать. Все эти разборки ковена всегда казались ему такими мелочными: иногда было легче убрать одного человека, чем жертвовать всем кругом. Или было легче перебить всю семью или общий круг — Андерс этого не предлагал, но кровная месть — все еще оставалось выбором.

Возможно, будь он на месте Йозефа, он бы сдался. Все это не имело смысла — тут нужно было проводить сильнейшую очистку линии и Андерс представлял, какого масштаба понадобится заклинание. Он наклонил голову, впервые выдав резкую эмоцию. Его голос звучал неприятно — примерно так говорят скучающие хирурги.

— Хорошо, я помогу. Только при одном условии: после этого вы больше никогда обо мне не обратитесь. Миру не нужен Андерс Херманссон, а вести дело с ковенами — подозрительно для Блумквиста. Можно было бы сосредоточиться на снятии проклятья, но для этого потребуется слишком много сил и, подозреваю, вы знаете, какова цена. Таким же успехом можно было уничтожить целый ковен. Вот это было бы «невыгодно» и эргономичнее. Разумнее со стороны потребления ресурсов. Никогда еще непоздно пойти по этому пути, но пока я готов сыграть партию за вас. Чек я отправлю вам с готовностью артефакта, — Андерс больше не старался быть приятнее, чем было необходимо. Он знал, что Йозеф почти в отчаянии. Если он нашел его, то, вероятно, у них больше нет другого выбора. И Андерс был готов поставить точку в этой истории, но игра должна была произойти по его правилам.

— Мне необходимо будет что-нибудь, связанное с младшим членом семьи. Необязательно кровь — но это будет наилучшим выбором. Встреча с человеком, которому он предназначен, — необязательна. Я смогу настроить его и здесь и потом доверить кому-то из вас. Все остальное — тоже можно передать почтой — я пришлю курьера, — Андерс все это время наблюдал за тем, как меняется чужое лицо. Ему мало что говорили эмоции других людей, да и на свои он был малоспособен, но почему-то — ему захотелось вывести другого из равновесия. Найти больную точку и надавить на нее сильнее. Это было далеко от делового подхода, но и они вели не совсем необычные дела. Андерс едва держал себя в руках. Почему-то эта встреча заставляла его раздражаться и выводила из равновесия. Может, дело было в том, что он больше не хотел иметь ничего общего с магией и ковенами. Может, потому что он впервые встретился с достойным противником. С таким же, как и он, которому нечего терять, но который — не так легко сдается, и которого тем более не обмануть безэмоциональным лицом. Все же скука заставляла его пойти на дурные постуки, о которых он практически не жалел.

— Может, у вас остались какие-то вопросы? — Андерс спросил больше для проформы. О чем вообще его могут спросить?

[nick]Anders Hermansson [/nick][icon]https://i.imgur.com/4iNCYnU.png[/icon][sign]цезарь[/sign][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">unreal real</a>[/fd][lz]<center>there's a game they play that I'm not part of</center>[/lz]

Отредактировано Garrett Hawke (2022-07-26 23:19)

+2

8

[nick]Josef Landau[/nick][status]saw the darkest hearts of men[/status][icon]https://i.imgur.com/YA0Lext.gif[/icon][lz]vos zol men ton as es lerent zich nit?[/lz]

Это просто скорбь. Скорбь делает тебя ранимым, впечатлительным, она давит, и ты думаешь слишком много. Лишиться Беты — это как лишиться доли себя. От тела по вертикали отрезали ровно половину. И вот ты ходишь по миру с одной ногой, одной рукой, одним лёгким и так далее. Половина тебя — это рана во весь рост, которая кровоточит.

Андерс чувствует кровь и реагирует на неё, как голодная акула. Откуда только это в нём? Что такого произошло за последние двадцать лет с этим славным ребёнком?

— Не провоцируйте меня вести себя неэтично, — Ландау по-доброму смеётся, это просто шутка, не угроза, — Чем больше вы подчеркиваете свою таинственность и нежелание контактировать, тем сильнее хочется влезть вам в душу, — Йозеф поднял вверх ладони, — Но я, конечно же, не буду этого делать. Мне это не нужно. А если вам понадобится ответная услуга, мы в ней никогда не откажем.

Вокруг тебя не должно быть обиженных, а в твоей семье не должно быть должников. Это то, что веками помогало выживать и передавать свои знания. Этот принцип сохранил жизнь Ландау и Скрипникам во время холокоста: никогда не отказывай своему соседу в помощи, и он не сдаст тебя. Возможно, Андерсу пришлось начинать свою жизнь заново не больше одного раза, поэтому он так легко рассуждает о выгоде и эргономике.

Примерно в его возрасте Йозеф тоже думал о том, насколько легче и приятнее не нести ответственность ни за кого, кроме себя. Сладко представить: никаких телефонных звонков в субботнее утро, никаких моральных дилемм — только жизнь, которую ты сам выбрал. И Йозеф точно знал, как и с кем провёл бы эти 70 лет, если бы только не нужно было отвечать перед семьёй, ковеном, общиной.

Перед Ландау как будто по очереди садятся на стул два разных человек: первый Андерс хочет простых и прозрачных договоренностей, а другому Андерсу необходимо самоутвердиться даже там, где для этого просто нет пространства. Как те люди, которые хамят официантам или бьют своих детей.

— По теме вопросов нет, — он взял ещё сигарету, — Всё, что я хотел бы спросить, может испортить сделку. Чем меньше свободы вы будете давать мне в коммуникации, тем комфортнее всё пройдёт для нас обоих. Не делайте мне вежливых предложений, мистер Блумквист, потому что я всегда ими пользуюсь.

+2

9

Хуже скуки для Андерса был чужой интерес. Он заставлял его идти на самые худшие вещи и Андерс сохранял лицо только ради желания получить еще больше внимания. Он шел на это, потому что с неуверенными неуравновешенными людьми никто не ведет дел, да и они мало кому интересными.

Андерс и сам был далек до эталона психического здоровья. Но сейчас скука — сменилась на интерес. Ему действительно занимла чужая реакция, но показывать он это не собирался. Единственная эмоция — дрогнувший уголок губы и напряжение в мышцах лица и ладони. Сжатый голос, что был чист, как инструменты хирурга.

— Я обязательно обращусь при необходимости, — улыбка его была искривлена, но Андерс, на самом деле, хотел, чтобы его спросили. — Почему же, задавайте. Я уверен, это не нарушит сделки. Если и да, то личные интересы никогда не влияли на мои профессиональные. Я думаю, в ответе на один вопрос я точно не смогу вам отказать, — Андерсу нравилось, когда к нему проявлялось внимание. Но при этом — он никогда не проявлял его ни к кому вокруг. Ему не были интересны люди, разборки ковенов, американские охотники, что сидели на хвосту у нечисти, пускай и имели меньшую свободу, чем в Европе. Тем более его не интересовали оборотни. По долгу службы, он знал об этом все. Знание — сила, которая давала преимущество.

— Чек, пожалуйста, — Андерс обратился к мимо проходящей официантке. Он обязательно оставит большие чаевые, как для человека, что не выпил в этом заведении ни грамма. Более того — он придет сюда еще раз.

Ему нравится месторасположение кафе: оно находилось одновременно в центре внимания и никого не интересовало. Больше всего Андерсу нравился интерьер, который украшала люстра на австрийский манер.

Он не собирался проецировать, но и показывать излишний интерес — тоже. Даже более — Андерс специально вел себя свободнее обычного. Для некоторых людей — его действия казались излишне сухими, для других — он старался быть более учтивым и внимательным. Он обычно помнил все про людей. С немногими он показывал свое истинное лицо. С Йозефом он старался быть максимально отталкивающим: таким, чтобы к нему потом точно не обратились. Дали о нем плохой отзыв, и забыли на веки вечные. Андерс заигрался, забыл о том, что надо держать лицо. Хотя бы делать вид, что для него это было важным, а не очередным пунктом в ежедневнике. Желание побыстрее закончить беседу, чек, который он попросил раньше, прежде чем Йозеф успел заказать что-то еще. Сам Андерс — вряд ли сделает заказ, но вот для приличия — стоило дать собеседнику возможность выбрать завершение разговора. Андерс же практически поставил точку с запятой, все еще не скрывая своего интереса.

Подобное поведение отталкивало людей и оставляло неприятное послевкусие, и он прекрасно знал об этом. Как и то, что, вероятно, Йозефу больше не к кому обратиться. Сначала — ты обращаешься к тому, кто поближе. Потом — вспоминаешь о старых знакомых и начинаешь поднимать контакты. Очевидно, что в такой ситуации, перед встречей с Андерсом, Йозеф и его близкие перепробовали все. И Андерс чуть ли не кичился чужим горем, демонстрируя возмущающую в данной ситуации бестактность.

Андерс Херманссон был особенно раздражающим, и он не пожалел об этом ни на секунду.

[nick]Anders Hermansson [/nick][icon]https://i.imgur.com/4iNCYnU.png[/icon][sign]цезарь[/sign][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">unreal real</a>[/fd][lz]<center>there's a game they play that I'm not part of</center>[/lz]

Отредактировано Garrett Hawke (2022-07-27 22:16)

+2

10

[nick]Josef Landau[/nick][status]saw the darkest hearts of men[/status][icon]https://i.imgur.com/YA0Lext.gif[/icon][lz]vos zol men ton as es lerent zich nit?[/lz]

Это только кажется, что чужое восхищение может сделать тебя счастливее. На самом деле оно просто накладывает дополнительную ответственность, каждый твой поступок рассмотрят под микроскопом, любой из твоих промахов разберут на унизительные атомы. Мечта быстро превращается в кандалы, которые ты везде тащишь с собой. Будь лучшим или вообще прекрати существовать — родители никогда не скажут вслух, но они думали об этом много, много раз.

Никто не хвалил Андерса, и Андерс решил, что ему это на самом деле просто не нужно. Теперь, даже если заметить и поощрить его, ничего не изменится. Андерс — колодец, в который можно бесконечно вкидывать ресурсы, комплименты, заботу, но это никогда не заполнит его. Всё мгновенно исчезает и умирает в сырой темноте. Улетает со свистом в пропасть без дна.

Возраст это не исправит. Никто и никогда уже это не исправит.

Йозеф умилённо приподнял брови и улыбнулся, когда Андерс попросил счёт. Он продолжал не понимать, за что именно они сейчас соревнуются и какой приз должен получить победитель. Но само поведение Андерса, приглашающее к пассивной агрессии, трогало Йозефа, как подаренная детская открытка. В этом было что-то такое эксклюзивное, похожее на дружеский спарринг — ты не предложишь такое постороннему человеку. И, в конце концов, это было самым понятным Йозефу способом взаимодействовать с Бетой. Они оба не выдерживали прямой конфронтации. Всё носило тайный смысл или рассчитывалось на много ходов вперёд. Не считая тех случаев, когда она кидала в него посуду, целясь в голову — в эти моменты всё было предельно искренним.

— Если вы так хотите меня угостить, подождите, пока я поем, — Йозеф взглядом подозвал официантку, она сразу положила на стол шкатулку с чеком. — Вы ещё подаёте завтраки?
— Могу порекомендовать салат с креветками, сэр, очень вкусно, — официантка улыбнулась, но растерялась, когда в ответ на это Йозеф театрально скривился.
— Давайте какой-нибудь сендвич с курицей. Только не кладите туда сыр, масло и что там у вас. И ещё один кофе, — Йозеф спокойным и не примечательным жестом пододвинул шкатулку с середины стола ближе к Андерсу. — Мне интересно, мистер Блумквист: это произошло по вашему желанию или… Я бы не стал спрашивать, если бы мы не дружили семьями. Я бы к вам вообще не обратился. Но вы мне, вроде как, не безразличны. 

Конечно, это неприкрыто манипулятивная фраза, которую всегда говорят гостящие родственники, чтобы как-то приукрасить свою любовь к сплетням.

+2


Вы здесь » horny jail crossover » альтернатива » vinter in di greste keltn [2018]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно