horny jail crossover

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » horny jail crossover » фандомные эпизоды » cross the (what)


cross the (what)

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

CROSS THE (WHAT)

металл грызёт усталость
из жизни ты уволен
беспомощную ярость
я разделю с тобою

[встань рядом со мной
нам не нужен герой]

би-2 - нам не нужен герой

C A
W R

https://forumupload.ru/uploads/001b/6d/b5/71/840846.png

2018-й, леса восточной Европы

albert wesker, chris redfield

Призраки прошлого могут быть вполне материальны, если обстоятельства сойдутся благоприятно. Война Криса против биотерроризма никогда не закончится. Война Альберта с былыми мечтами только начинается. Война этих двоих, друг с другом, на паузе, потому что старый враг лучше новых "друзей".

[nick]Chris Redfield[/nick][status]рельсы шпалы кирпичи[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1036/742669.png[/icon][sign]... [/sign][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]бог убит.<br>
(кому теперь молиться?) [/lz]

+3

2

Морозным воздухом дышать полной грудью — выдыхать пар, оседающий на плотный тканевый шарф капельками воды, тут же схватывающимися ледяной коркой. Смотреть вдаль (в бескрайние степи, горную гряду, редкий хвойный лес); реагировать остро на каждую промелькнувшую тень, щуря глаза. Идти: долго, бесцельно, медленно/быстро/бегом. Идти, игнорируя боль в правой ноге и ноющие от перенапряжения мышцы, потому что это позволяет почувствовать себя живым. Идти, опираясь исключительно на внутренний компас, без карты и хотя бы примерных координат. Без страха заблудиться и умереть от голода, без опасений встретить хищного зверя, который разорвёт на части. (Кровь его — яд; хищный зверь умрёт в страшных муках, если на язык его попадёт хотя бы капля.)

Альберт уверенно преодолевает очередной крутой горный подъём и останавливается на его вершине, бросая взгляд на раскинувшийся под горой лес. Простой человеческий глаз ничего необычного не заметит — лес как лес: хвойные деревья, колючие кусты, редкий снег и грязные клочки голой земли. Вескер щурится, принюхивается по-звериному, едва ли в стойку не встаёт, словно охотничья собака, взявшая след. Помедлив пару мгновений, он стягивает перчатки, одревеневевшими руками расстегивает куртку и лезет во внутренний карман, нащупывая выпуклую кнопку на старой модели плеера; в ушах только тогда затихает медленная и торжественная неоклассическая мелодия.

Оно.
То самое место.

Вескер и представить себе не мог, что его путешествие в неизвестность окажется настолько… приятным и расслабляющим.
(Позади — неделя пути по сибирской тайге, пара пачек сменных батареек для плеера и прекрасные семь дней изоляции от огромного мира: ни одного звонка промоутера, ни одной надоедливой новости, никаких оповещений от приложений, будильников, напоминаний. Идеальная тишина. Прорва времени на размышления. Абсолютный покой.)
Хотя, поначалу, конечно, гениям из BSAA хотелось позвонить и высказать парочку… добрых слов. (И наплевать, что официально он мёртв, а объявить себя живым значит забыть о покое на долгое время.) Крот Вескера крепко подсел им на хвост, но добытые им разведданные, наполовину состоящие из домыслов и слухов, не стоили ни йены. Альберт и вовсе бы выкинул полученные сведения на помойку, если бы вдруг не осознал: он знает, что именно и где примерно искать. Остальное было делом техники.
И, самую малость, вопросом упорства.
(Но с этим, как показала практика, всё у него всегда было в порядке.)

Вескер разматывает шарф и стягивает с головы шапку, ослабляет высокий воротник куртки и основательно разминается, игнорируя холод, прежде чем начать спуск к примеченному им лесу.

Лес тих — слишком, по-мёртвому тих.
Все нервы Альберта становятся одной единой напряжённой струной, готовой рвануть в любую секунду. Он ощущает опасность каждой клеточкой своего тела, и это не красивая метафора — все его чувства обострены, он давно уже не человек в прямом смысле этого слова. Лес пропитан спорами. Даже воздух — вязкое, опасное для жизни желе. Вескер вдыхает полной грудью и тут же сплёвывает на землю коричневато-красную жижу: организм отвергает заразу. Простой человек без специального оборудования здесь не выживет. И будь этот лес на пару дней пути ближе к любому даже самому захудалому населённому пункту, не выжил бы никто. Даже зверьё.

Как, собственно, и случилось.

Лес ощетинивается колючими иголками деревьев, недовольно шуршит редкой листвой колючих кустов. Лес встречает кривую ухмылку Вескера мёртвыми волками, волочащими за собой переломанные лапы со сгнившими кусками мяса. Волки молчат. Невидимый хозяин леса посылает их в бой, проверяет незваного гостя. Альберт хмыкает и всё-таки сбрасывает на землю небольшой походный рюкзак и куртку. Искусственно выведенная сила кипит в его венах, горячит кровь, прорывается из-под кожи мерзкими вязкими потёками. Волки обступают Альберта стороной, и первый из них кидается в бой, и даже успевает цапнуть мужчину за руку, но вместо триумфа скоро победы захлёбывается внезапной агонией. Вескер удовлетворённо наблюдает за корчащейся в судорогах твари, давно уже не живой, но и не мёртвой.
Кровь его — яд, да?
Как удобно.

Из закреплённого на бедре крепления появляется острый нож. Альберт проводит лезвием по сочащимся кровью/жижей незаживающим ранам, смазывая лезвие. Волки пятятся — лес изучает гостя с удвоенным интересом, гневно шелестит иголками. Оба знают: пока самозванец не доберётся до хозяина, битва не кончится. Оба знают: лес будет сопротивляться всеми силами, и вот-вот на помощь безмозглым тварям подоспеют более совершенные поражённые спорами особи.

Вескер в предвкушении облизывает губы и стремительно кидается на волков, готовый потратить сколько угодно времени, чтобы добраться до своей цели. Такой образец мицелия лишним в его коллекции не будет. Такой образец стоит всех затраченных усилий.

(О том, что придурки из BSAA всё-таки на что-то способны, и, пусть с задержкой, но нужные координаты добывают, Вескер, правда, узнаёт уже постфактум.)

[nick]Albert Wesker[/nick][status]отравлен[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1093/734175.gif[/icon][fd]<a href="https://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]<center>неравный бой гравитации <br>с сопротивлением воздуха.</center>[/lz]

+1

3

[nick]Chris Redfield[/nick][status]рельсы шпалы кирпичи[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1036/742669.png[/icon][sign]... [/sign][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]бог убит.<br>
(кому теперь молиться?) [/lz]

Становясь из героя антагонистом не забудьте погасить всех. Возможно, это все ему вновь лишь снилось, создавая ощущение реальности. Намного более материальной, чем та, что существовала на самом деле. Это была ловушка его сознания - такая заманчивая и необходимая ему в данный момент. Сколько же лет прошло с тех пор, как вскрылась эта гнойная рана, сокрывшая в себе дурно пахнущую густую жижу? Сколько людей еще умерло, потому что Крис все отрицал и пытался делать вид, что его руки все еще чисты, а сам он непогрешим и идеален? Сколько раз ему хотелось взять нож и отскоблить себя от этой липкой грязи, не то возьмется коркой и присохнет, а потом пойдет трещинами как сухая земля под палящим солнцем? Сколько еще он должен напоминать, срываясь на крик в ответ внутреннему голосу, что от этого не_убежать? Ему не спастись самому, даже если он спасает других.
Редфилд сравнивал себя с волком в овечей шкуре, который вывел настоящее стадо из пожара. Но овцы - твари не больно уж умные. Если какая-то паршивая тварь останется посреди огненного пекла и скажет свое блядское "бэээээ" - все стадо ринется обратно и сгорит вместе с ней. Люди, в свою очередь, были ничуть не лучше овец.
Тогда, зачем же их спасать?

Он чувствовал себя помешанным. Просто жалким, чертовски ничтожным - бесполезным. Никто и никогда в его сраной жизни не сказал ему что-то вроде:
"- Эй, Редфилд, ты куда-то не туда воюешь! Давай воюй вон в ту сторону, тогда-то точно не обосрешься," - увы, столь ценного напутствия и совета Крис припомнить не мог. И, сдавалось ему, это были вовсе не последствия той злосчастной амнезии - он был и оставался неудачником. Даже в своем аномальном везении в смертельных ситуациях - да лучше бы он сдох, в самом начале. Как же молод и глуп он был, как же был неправ, создавая кумиров, а после их же и скидывая с пьедесталов. Наверное, так и становятся маньяками, потому что Крис видел что зациклился. Видел и ничего не хотел с этим делать - только увязал все больше.

Надо же, странно и страшно лишь то, что он понимает их. Лицемерно, когда ты всеми фибрами горишь невыносимой жаждой калечить и желаешь крушить, распинать, ломать. начинаешь думать как они, смотришь так на других, нормальных людей. Горишь все время, от необъяснимой, больной привязанности, зарождающейся каждый раз, когда это начинается вновь - когда ты встречаешься взглядом глаза в глаза и видишь, что там слишком много надежды, наивности, чистоты.
Люди. Крис думает [думал?], что спасает их. Потому что в какой-то момент каждый человек перегорает, как он сам когда-то в детстве (или юности? зрелом возрасте? когда?), становясь лишь подобием себя самого и сходя с ума от внутреннего голода, который можно утолить только кровью, ложью и изломами. Бесконечный, порочный круг, в котором ждешь конца лишь для того, чтобы вновь прийти к началу.
Потому что вечерний город - скопление длинных теней, которые делают его на порядок темнее. Редфилд - всего лишь одна из этих теней. Вот только новый день этого исправить не сможет. Ни-че-го этого исправить не может. Правда, оставалась робкая надежда на пулю в висок. На смерть во время миссии. На удар в спину, когда он меньше всего этого ждет и вовсе не планирует умирать.

Он представляет, что сейчас закуривает. Щёлкает зажигалкой. Втягивая дым и чувствуя как он внутри растекается по легким, Крис зажимает сигарету между зубами. Да, от этого становится почти ощутимо легче. Чертова маска на голове и ее шипящие при дыхании фильтры напоминают ему про весьма колоритного персонажа из Звёздных Войн. Дышать в этом лесу без нее очень глупая и опасная затея. Он не стал рисковать, видя что случилось с его отрядом в этот раз.
Крис вновь представляет что он курит... и поливает трупы перед собой горючей жидкостью. Пусть покоятся с миром, больше для них сделать он уже ничего не может. Лучше так, чем превратиться после смерти в какую-то мерзость. Или при жизни - одного из ребят пришлось добить. Никаких шансов что он выживет, но явные следы заражения сделали свое дело. А теперь, настало время выдвигаться и игнорировать то, как организм настойчиво требовал никотина.
Это случилось. Вновь. Его команда, которую Редфилд набирал сам, не пережила их первую миссию. Уровень сложности поднимало еще то, что они были сами по себе и никакой организации за ними не стояло.

Но ты ведь гордый ублюдок, Редфилд, да?  Никакого BSAA, хотя сам недавно работал даже на блядскую Амбреллу. Да, да, прикрытие, задание - херня собачья. Сукин же ты сын. Тебе нравится то, что все вокруг умирают. Тебе нравится убивать то, что тебе дорого. Да ты, блядь, болен.

Мерзкий внутренний голос впивается будто бы клыками, длинными и ядовитыми, в самое чувствительное место, разрывая там плоть и отравляя его. Капля яда, способная убить сотни человек в момент - но что с ним станется? Любой яд в его случае - лекарство, потому что Крис Редфилд еще более ядовит. И никто из тех, кого он не пытался уберечь, сбегая прочь, еще этого не пережил.

Громкий звук и лопасти военного вертолёта где-то сверху - это прилетели парни из BSAA. На подсознательном уровне хотелось, чтобы те сдохли так же, как и его люди сегодня.
И даже не сплюнешь в этой маске, а так хотелось.

Впереди было видно фигуру человека, которого обступили мутировавшие волки. Это выглядело как сюрреализм, если учесть то, как человек двигался. И то, что он делал чтобы отбиться. Даже не так - напасть. Странное ощущение чего-то не хорошего, будто сейчас вот вот раскроется какая-то тайна, которую Крис предпочёл бы не знать никогда. Он наводит прицел, глядя сквозь визоры.

Тук.

Удар сердца в тишине звучит слишком громко. К горлу поступает тошнота, а мозг яростно отрицает все то, что там происходит.

Тук.

В
Е
С
К
Е
Р

Внутри зарождается гнев и захлестывает все до красных точек перед глазами. Так ведь не бывает. Он блядь его в вулкан сбросил, утопил в ебаной лаве. Этот человек определённо не может стоять там, увлечённо разделывая дрянь, которая водится в этих лесах. Не может и точка. Потому что давно мертв.

Тук.

Может, у него проблемы с герметичностью? Может, это просто местный воздух так дает о себе знать или фильтры на маске - дерьмо собачье? Сейчас Крис закроет глаза, а когда откроет все исчезнет. Он проснётся. Он готов сделать что угодно, только бы это было сном, тупым случайным кошмаром, потому мысленно начинает торговаться - лишь бы это не было правдой.

Тук.

Он и правда никчемен. Это его суперспособность. Проебать целую жизнь, занимаясь вроде бы делом - это уметь нужно, быть блядь талантливым. Хотя бы в чем-то у него есть талант. Возможно, его ждёт сейчас только смерть. Забавно, не этого ли Крис хотел всего несколько минут назад? Почему-то сейчас он верит, что Альберт Вескер перед ним реален. А потом, в своей памяти, оборачивается назад. На стройные ряды простых гробов, напоминающих ящики с крышками. В каждой крышке забиты гвозди и лишь одна из них прикрыта неплотно. Будто бы наяву, Редфилд подходит к ней и, поддев огрубевшими пальцами, отбрасывает - внутри пусто. Не хватает только квадратного стикера для напоминалок, которые обычно на холодильник клеят - со смайликом.

Ну что, капитан Редфилд, как же ты дохрена наивен, чтобы верить своим глазам и воспоминаниям. Какой же ты тупой мудак.

Наведя прицел вновь, Крис старается унять дрожь в своих руках. Сейчас не время растекаться соплями, из-за того что кто-то там не сдох, когда ему было положено. Хотя, положено ли? Странные и противоречивые чувства всегда терзали его после. Так не должно было случиться. Не_должно.

ТУК.

А потом сердце будто бы замирает. Успокаивается навсегда. Что же, так даже лучше. Наверное. Он не знает. Но вот что Крис знает точно - следует выяснить какого хрена здесь творится. И что делать с Вескером, и BSAA, которые могли быть где-то в радиусе пары километров от них. Вот те парни обрадуются если найдут его в такой компании, здесь, особенно после того безобразного скандала и битья морды начальству. И последующего увольнения, само собой. Удивительно, как его не засадили?

Очередь выстрелов отдается в плечо, но на это можно не обращать внимания - привык, да и что ему будет? Не прекращая стрелять, он приближается, сцепив зубы и пока что очень стараясь не задеть Вескера.

- Да за какую же пиздосрань ты мне, а? - зло и громко кричит Редфилд, хотя его голос очень сильно исказился динамиком.

+2

4

В этом что-то есть.
(Сродни тому, как спортсмены снова и снова преодолевают границы своих возможностей — или травмированные люди, восстанавливаясь, превозмогают себя, невзирая на боль и отказывающийся работать нормально организм. Или когда вызов бросаешь целому миру, и мысли о поражении не допускаешь. Когда остаёшься один на один с превосходящим по силе врагом, но внутри ни капли страха — только размеренная уверенность в своих силах.)
В этом что-то есть, и Альберт входит в раж, улыбается слишком искренне, почти срывается на смех. Кровь кипит. Мозг сосредоточен лишь на одном моменте: здесь и сейчас. Вескер в этом моменте настолько свободен/счастлив, что это почти противозаконно.

Выстрел нарушает его идиллию; атмосфера рассыпается на части осколками битого зеркала.

Какой-то особенно крупный бешеный волк встречается мордой с его кулаком — с хрустом проламывается череп, но, несмотря на мутацию, тварь валится на землю и больше не встаёт. То ли это, то ли шквальный огонь винтовки вынуждает лес отозвать своих защитников; те замирают, готовые кинуться, но как будто дают Альберту возможность принять и осознать тот простой факт, что об уединении на сегодня можно забыть.

Взгляд встречает взгляд.

— Редфилд.

Он к приближающемуся мужчине становится вполоборота, стараясь держать и его, и затаившуюся стаю в поле зрения. Пули бывшего подчинённого, любовника, идейного противника летели мимо его спины, но что это — случайность или сознательное решение Криса (по какой-то причине) не стрелять в него снова? Купание в лаве в памяти оживает; и снова, кажется, горит всё тело, пожираемое раскалённой жижей. Ускоренная регенерация тогда сделала лишь хуже. Вместо быстрой смерти Вескеру дарованы были минуты в настоящем аду и годы последующей болезненной реабилитации. Он об этом всём почти забыл, но лицо Редфилда, перекошенное от ярости (постаревшее) — совсем, как тогда — напоминает о пережитом.

— Очевидно же, что за всё хорошее. Но до чего неприятный сюрприз, — Альберт криво улыбается. — А я так надеялся, что ты всё-таки сдохнешь от рук какой-нибудь очередной твари — из тех, что наплодили твои любимые хозяева после меня.

(Врёт. И себя за то ненавидит.
Он не для того его взращивал, совершенствовал и в какой-то степени учил выживать в любых условиях, чтобы вдруг узнать, что его почти самое лучшее/успешное творение проиграло какой-то неудачной мутации, созданной дилетантами, не способными на что-то великое.
Врёт. Потому что внутри всё наизнанку снова выворачивается, и столько всего невысказанного прежде собирается в горле комом, что его расчесать до крови — до мышц голых — хочется, чтобы всё это вдруг так искренне и честно на Редфилда вывалить: бессвязный поток сожалений, извинений, мольбы о прощении.)

Альберт сглатывает. Оценивающий взгляд скользит по лицу и фигуре Криса, но из-за респиратора и плотной одежды зацепиться ему особенно не за что. Только глаза его ведают свою историю — в них сожженные города, мертвецы и слишком явная усталость.
Вескер улыбается шире, совсем-совсем искренне, словно пропасти в десятилетие между ними нет и никогда не было. Улыбается, и улыбка эта — самое честное, что он позволяет себе.

— Никак ты не успокоишься, а?

Тявкает совсем по-собачьи волк. Альберт переключает своё внимание на него и спокойно поворачивается к Редфилду спиной, готовый, на самом деле, встретить ею нож или пулю — его это не убьёт, но, возможно, разочарует. Или повеселит. Или разобьёт на части, но не как тогда, в вулкане — в этот раз, уничтожит. Он не уверен. (Он не хочет об этом думать.)

Лес злобно шуршит ветвями. Чуткий слух Вескера улавливает тяжёлые шаркающие шаги — что-то приближается к ним, медленно, словно из последних сил. Очевидно, это что-то заставляет стаю ещё податься назад, врассыпную. Они, безмозглые/ведомые спорами твари, расступаются перед тем, что лес приготовил Альберту в качестве основного блюда.

[nick]Albert Wesker[/nick][status]отравлен[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1093/734175.gif[/icon][fd]<a href="https://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]<center>неравный бой гравитации <br>с сопротивлением воздуха.</center>[/lz]

+1

5

[nick]Chris Redfield[/nick][status]рельсы шпалы кирпичи[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1036/742669.png[/icon][sign]... [/sign][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]бог убит.<br>
(кому теперь молиться?) [/lz]

Живой Вескер. Живой, блядь, и здоровый. А еще что-то там говорящий - бесит, а значит, и правда живой. И смотрит так же, как и всегда. Крису вечно в этом взгляде чудилась насмешка, даже когда глаза Альберта поменяли свой цвет и стали выглядеть как дешевом фильме ужасов или не в очень дешевом порно про какую-то нечисть. Последнее сравнение почему-то повеселило, да и не то чтобы он был знатоком такого контента - видел в прокате чудо-обложки.
За эти пару минут внутри что-то надломилось с треском, а после рухнуло с невообразимым грохотом и наступила долгожданная тишина, несущая покой.

Жив.

Крис его не убил. И от этого почему-то легче (думается, дышится). От этого легче, но, мать его, сложнее - парадокс, несущий в себе уходящие с побережья воды и оголенное дно, на котором корчатся те, кто не успел спрятаться поглубже в толщу воды. Редфилд - он как это дно, пустой и несуразный в своих чувствах, с которых сорвали все - один скелет остался. Эти мгновения внутри было... никак. Вакуум.
А потом пришла цунами. На языке горчит и, совсем капельку, становится сладко. Будто дикий мед попробовал.
Его трясет и пауза затягивается - Вескер не спешит его убивать, поворачивается спиной. И в сознании прокручивается это "Редфилд", брошенное им, словно увидел что-то разочаровывающее - таракана, к примеру.

Выдох.

- Хозяева бывают только у таких бешеных псин как ты, Вескер, - в начале он не узнает свой голос - блеклый и почти_мертвый. Неожиданно для себя самого Крис очень спокоен и даже рад. Чему только?
Здравый смысл говорит, что опасность не то что уровень "красный" - уровень "пиздец нахуй еб вашу мать", но иррациональное чувство, откуда-то прямиком из прошлого, сжимает сердце (нет, не в тисках) и как-то щемит (печалью).

Смотрит.

Смотрит и не верит до сих пор, хочет убедиться, что перед ним и правда живой человек, из плоти и крови.

"- Дурная ты башка, еще подойди обними. Он, конечно же, оценит это и с благодарностью свернет тебе чертову шею, чтобы больше такого дерьма в пустой коробке, торчащей на ней, и близко не появлялось," - хмыкнув тихо, Редфилд сдается перед лицом своего злейшего врага - самого себя. А еще своих воспоминаний о том, что когда-то было. Все эти мысли воскресли в нем только что, под чужим взглядом. Все что он похоронил давно воскресло из одной улыбки - будто сердце вырвали, наизнанку вывернули и поставили обратно, а потом похлопали по плечу, вытирая кровь и пожелали хорошего дня.

- А ты никак не сдохнешь, а? - отвечает в тон Альберту, беззлобно и даже не пытаясь скрыть в своем голосе улыбку за сраной маской, скрывающей лицо. Это все, что Крис может себе позволить через эти океаны дерьма и прорву лет. Он не жалеет - даже этого себе не позволяет. Слишком поздно для сожалений и внутри теплится уверенность в том, что Вескер считает точно так же.

Потерянная бдительность обрушивается на него попыткой одного из волков, напуганного чем-то, напасть во время отступления - Крис прямо на его пути. Рефлексы срабатывают быстрее, чем голова успевает думать. Это вшито на подкорке - убивать. Это - все, что он умеет. И ничего более, уже давно.
Ладонь перехватывает рукоять ножа, пальцы сжимаются на ней и тянут вниз. Траектория удара по дуге, точная, без лишних движений - лезвие входит под нижней челюстью и выходит из черепа. Волк дергается, повиснув безвольно, держась на одном лезвии, ловя конвульсии телом. Проворачивая нож, Редфилд резко опускает тушу на землю и выдергивает его, используя гравитацию для облегчения процесса.
Зазубрины ножа сверкнули, из-под его пальцев видна эмблема STARS. Сам нож очень приметен, особенно для того, кто был его владельцем когда-то. Какая же ирония, Крис нашел нож когда отправился за Клэр, а Альберт потерял его там же, охотясь на Эшфордов.
И лучше бы ему ничего про это не говорить. Не теперь.

Крис хмурится. Разве то дерево было не дальше? Вглядываясь, запоздало осознает, что ветви движутся будто чертовы руки. Видел ли кто-то в своей жизни деревья с ногами? Крис вот видел. Прямо сейчас видел. Какой-то стон, исходящий непонятно откуда, скрюченные ветви-пальцы (опасные и острые), глухие шаги.
- Так это здесь снимают сериал по Властелину Колец? Хреново платят, если массовка сбегает, - задумчиво тянет, бросая короткий взгляд на Вескера. Кажется, они на какое-то время станут лучшими друзьями. Начиная прямо сейчас.

+2

6

Боль растекается по грудной клетке, пробирается куда-то вглубь, в сердце вгрызается острыми шипами. Вескер не уверен, почему именно вдруг становится так плохо — не в физическом, разумеется, плане — но хочется мелочно схватиться за сердце и опуститься на снег, в него лицом упасть даже, и чтобы холод сковал всё тело, и боль эта ушла вместе со всеми остальными чувствами.
Насовсем.

Крис шутит.
Крис огрызается и шутит, и в голосе его отражение вескеровой же необоснованной и неуместной радости от встречи, которой никогда (когда-нибудь потом, не сейчас) не должно было состояться, но.

У них за плечами, там, позади, целая история, некогда бывшая одной на двоих, а теперь… теперь что? Его главный враг (его единственный некогда дорогой ему человек) кажется счастливым от того, что они снова столкнулись друг с другом.

(Его главный враг умирал вместе с ним, когда Вескер тонул в лаве.
Он знает.
Он видел.
Он не может взгляд тот забыть, он видит его в самых страшных своих кошмарах.)

(Он Крису причинил столько боли, а во взгляде его тогда было самое страшное — отчаяние.)

— Я тоже рад тебя видеть, — очень тихо, на выдохе, бросает Альберт так, что и сам не понимает, что это: попытка поддержать взаимный обмен подъёбками или что-то настолько кристально честное, что впору бы самому пугаться, насколько легко это слетает с губ.

Крис шутит.
(Вескер пытается дышать, когда взгляд его цепляется за оружие, которым Редфилд ловко убивает волка. Пытается не смотреть Крису в глаза, не дать ему понять, что он увидел и… понял. Но смотрит. И с трудом заставляет себя вернуться в реальность, собраться обратно по кусочкам, на которые он сам разбивается, как будто нож этот воткнули не в волка, а в него самого. А он из стекла был. И трещинами пошёл, и на кусочки распался с оглушительным звоном.)

— Здесь должно было быть… поселение. По крайней мере, когда-то давно было. Либо жители разбежались, либо… идут на защиту своей земли, — медленно тянет Вескер, сам толком не понимая, зачем вдаётся в такие детали. — Я не уверен, что это… дерево… имеет растительное происхождение. И, Крис. Я не знаю, кто именно тебя сюда послал и зачем, что тебе рассказали о происходящем, но имей в виду. Воздух здесь скорее всего тебя убьёт. В лучшем случае, разумеется. В худшем это придё… сделаю я.

«Будь осторожен».

Вескер ведёт плечами, шеей хрустит, прежде чем выдохнуть и сконцентрироваться — попытаться — вновь. Кровь кипит. Из плеч рвутся наружу щупальца; чёрная кровь капает с них и из ран открытых на чистый снег, воздух набирается особенным металлическим запахом.

На что рассчитывал Редфилд или его руководство, когда планировалась эта операция, неясно. Едва ли пули причинят неведомой твари ощутимый урон. (Впрочем, в планировании BSAA никогда небыли особо сильны.)

На что рассчитывал Вескер… ясно, в целом. Едва ли неведомая тварь сможет взять его даже хотя бы измором.

Живым ветвям, приближающим мутацию к ним с Редфилдом, покорные его воле отростки кидаются наперерез, схлёстываются. В переплетениях веток и корней Альберту видятся человеческие лица, но сам он не уверен, что это: игра воображения или догадка его всё же верна, и дерево это когда-то было не совсем деревом.

Хрустят ветки, сминаемые силой его мутации.
Кажется, что хрустят кости.

Тявкают и клыки скалят мёртвые волки.
Сзади раздаётся щелчок затвора.

Вескер Криса прикрыть ему спину не просит. Знает, что тот… сделает это сам. И знание это щемит сердце. Альберт задыхается, собирается с мыслями и кидается вперёд, потому что забыться в пылу новой битвы сейчас кажется самым (единственным) безопасным решением.

[nick]Albert Wesker[/nick][status]отравлен[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1093/734175.gif[/icon][fd]<a href="https://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]<center>неравный бой гравитации <br>с сопротивлением воздуха.</center>[/lz]

+1

7

[nick]Chris Redfield[/nick][status]рельсы шпалы кирпичи[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1036/742669.png[/icon][sign]... [/sign][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]бог убит.<br>
(кому теперь молиться?) [/lz]

Рад его видеть, да?

Крис хмыкает, даже не пытаясь себя сдержать. Ну надо же. И слова Альберта звучат настолько искренне, что впору спросить, а не забыл ли тот про все дерьмо, что было между ними за чёртову прорву лет. Не забыл ли как уходил из жизни Редфилда, раз от раза, все хуже и хуже, более болезненно. Признаваться себе в том, что лучше бы умер сам вместо этого кретина Крис не хотел - кормил бы червей и зомби где-то в Раккун Сити ли моментально сгорел бы в вулкане, упав в лаву или ещё множество вариантов, когда он мог, но не умер и все пришло к тому, что умер другой. Вернее, всегда не_умирал, но заставлял так думать.

Ему хотелось бы верить, что Вескер в эти моменты страдал. Потому что только так он может получить хоть какое-то чувство справедливости за все, что тот ему причинил. За все, что причинил другим.
Признаваться себе в том, что на других ему на самом деле уже плевать, Крис тоже не хотел. Но все равно об этом знал.
И знание выедало изнутри, словно голодный паразит. Словно не он это уже давно, а кто-то другой, слепленный лично его заклятым врагом, зайнявший место Редфилда и так долго притворявшийся им настоящим.

Кажется, он бредит. Вновь слишком в себе. Не здесь.

Пальцы сжимаются на рукояти ножа до побелевших костяшек и желание вспороть Вескеру живот и выпустить кишки приходит само собой, как яростная волна в шторм. Обрушивается, оглушает, лишает возможности видеть и слышать.
Крис тонет где-то. В себе. В боли, которая с новой силой даёт знать - вот я, здесь, с тобой. Всегда.
Крис хочет вогнать этот нож поглубже, выпуская черную кровь, взамен которой Альберт получит свое же, в прошлом, лезвие с зазубринами, а Редфилд просто обнимет его, придерживая, запуская пальцы в едва тронутые сединой волосы. Прижмется своим лбом к его и будет говорить.
Крис видит эту картину так явно, будто все наяву происходит. И вот он, улыбается почти_нежно, и говорит что все наконец-то для них закончится. Они устали. Им это нужно.

Наваждение рассеивается вместе со звуками голоса Вескера, с его недосказанным "придется". И Крис очнулся, наконец, разжимая рукоять и убирая нож от греха подальше, в чехол на креплении.
Он не знает чьи это были мысли.
Он не знает кем является теперь.
Он чувствует себя жалким.
Он и правда жалок.

Придётся, да?
Не нужно было вообще слушать Альберта, знал же, что ничем хорошим это не закончится. А теперь он ещё знал о том, что ни один из них не хотел убивать другого.
Потому что каждый раз из тех, что ранили его так глубоко, Крису тоже "пришлось". И каждый, наверное, раз был случайностью.
Конечно, в итоге они все равно убили друг друга, но только в своей неповторимой манере, по разному.
И ему почему-то кажется, что ни он, ни сам Вескер, все ещё не оправились от этого.
Возможно, и не оправятся никогда.

Зачем Вескер предупреждает его? Зачем делает хуже, чем уже есть? Вереница вопросов, которые для него так и останутся без ответа. Потому что ответа на них даже не нужно. Редфилду нравится думать, что это просто попытка сделать больнее. Что тот просто издевается, получая какое-то, только одному ему понятное, удовольствие от слов, что впиваются в Криса, иголками под ногти. Хочется просто кричать. В пустоту. И да, разбить эту голову, уже повернувшуюся к нему затылком.

Если бы Крису пришлось сказать это слово вслух, то он выплюнул бы его, как яд. С презрением, отвращением.
Забота. В голосе Вескера была чёртова забота.
Да. С презрением. С отвращением. К себе. Потому что так мерзко осознавать, что ты счастлив ее слышать.
Слишком непростительно чувствовать себя живым - не в такой момент, не после таких слов, не от такого челов… не от ЭТОГО человека

Но Крис чувствует. Борется с этим, но чувствует. И стреляет по волкам. Мимо чужой спины и затылка, которые столь любезно подставлены в жёсте то ли глупости, то ли доверия.

Они последние люди, которым стоит доверять друг другу. И все же…

Хруст веток и прямое столкновение - Альберт решил, что это его противник, действуя лоб в лоб. Крис методично отстреливает волков, не теряя из вида спину бывшего капитана. Потом, все же, решается и достаёт одну из гранат.

- ПРАВЕЕ, - перекрикивая шум, он дожидается реакции, почти моментально срывая чеку, готовый для броска.
Взрыв, детонирует моментально и кора покрывается огнём. Вернее то, что не разлетелось на щепки.
- Первый уровень пройден? Или нам тут гриндить до посинения?

+2

8

А так и правда безопаснее. И намного проще, на самом деле.

Есть только он и враг перед ним, а что происходит позади — неважно до тех пор, пока пули летят мимо него; пока Крис стреляет по иным мишеням, пока помогает ему/пока находится в этом самом моменте на его стороне.

Вынужденно ли, по собственному ли желанию — так, в сущности, неважно.

(И Вескер запрещает себе думать, что он мог бы хотя бы попытаться позвать его с собой тогда, в далёком прошлом. Запрещает, потому что это решение кажется ему едва ли не самой грандиозной его ошибкой. Ведь что-то говорит ему, что Крис… пошёл бы за ним, даже в сам Ад бы спустился, если бы пришлось. Что-то говорит, но Альберт заставляет это что-то молчать; тянется это противостояние не один год. Он привык. Уже почти не больно.)

Странные ветви и его чёрные отростки переплетаются слишком сильно, давят друг друга грубой силой. Чудовище ревёт, потому что соприкосновение с чёрной кровью причиняет ему явную боль; шипят места их соприкосновений, дым густой от них вверх вздымается, как будто Альберт к коре дерева раскалённый факел подносит, и кора принимается тлеть, но огня слишком мало, чтобы схватиться и устроить настоящий пожар.

Ему хватает реакции метнуться в сторону, реагируя на звучную команду Редфилда, но щупальца отозвать Вескер не успевает; их так просто из этой твари не выпутать. Граната прилетает точно в цель, разрывается с оглушительным грохотом, в котором тонет болезненный отчаянный крик. Возможно, его отростки не так чувствительны, как те же конечности, но, когда за одну секунду взрывом разрывает чуть ли не большую их половину, кажется, что с мясом выдрали из тела едва ли не целую руку.

По виску сползает капелька пота; в глазах стоят слёзы, которые, конечно, Вескер тут же смахивает рукой. Больно. Но эта физическая боль ничто в сравнении с той, которую он испытал ещё минуту назад, когда увидел Криса. (Ничто в сравнении с той, с которая преследует его после пробуждения от кошмаров каждый день.)
Ничто в сравнении даже с раскалённой лавой, которая разъедала его тело, а то, глупое, сопротивлялось, пытаясь сразу же регенерировать.

— Меня, конечно… чёрт… хватит ещё на парочку таких взрывов, — хрипит Альберт, болезненно морщась, — но посинею я такими темпами довольно быстро. Кажется… коктейль в моей крови местной флоре и фауне не по нраву, так что хотя бы не проебись, и метни финальную так, чтобы мои куски разметало на твоих врагов.

Он не уверен, пытается пошутить или предлагает Крису так и поступить на полном серьёзе.
(На самом деле, он вообще больше не уверен ни в чём.)

Оглушительная тишина после взрыва Вескеру не нравится от слова совсем. Странное ощущение неумолимо надвигающейся опасности колет под кожей, вынуждая его напряжённо заозираться по сторонам.
Волки разбегаются. Совсем.

Альберт закрывает глаза и с шипением сосредотачивается на оторванных щупальцах; к тем приливает новая сила, и они на глазах отрастать начинают, будто ничего и не было — только испарина на лице его становится куда более заметной, а ещё, кажется, болезненный оттенок постепенно приобретает кожа, по крайней мере, в лабораторных условиях было именно так. Возможно, Вескер всё ещё недостаточно хорошо восстановился для подобных развлечений.
[indent] (Возможно, он до конца не восстановится никогда.)

— Мне это не нравится, — шепчет он очевидное, а в следующий момент какое-то шестое чувство вопит о том, что лес в это самое мгновение делает свой новый ход.

Только целью он выбирает вовсе не Вескера.

Тот успевает лишь кинуться в сторону Криса, протянуть руку, щупальцами к нему потянуться, но пробивающие ледяную землю корни хватают Редфилда слишком быстро для подкошенного взрывом Альберта — он слишком теряет в скорости после регенерации — и тянут за собой, под землю.

Не раздумывая, Вескер отростки посылает корням вслед, прямиком в рыхлую после прорыва землю. Цепляет ими что-то стремительно движущееся и буквально ныряет в землю. Что-то хлещет его по лицу; земля забирается в глаза, нос, рот.

Он больно ударяется грудью, когда падает… откуда-то куда-то.
Отплевываясь, Альберт судорожно трёт глаза и пытается осмотреться. На секунду у него захватывает дух: подземная пещера кажется идеальной декорацией к съемкам какого-нибудь фэнтези. Огромные грибы, горящие зеленоватым светом. Сталактиты. Гладкие стены.

Вескер кашляет — и, кажется, кровью. Сплёвывает, тяжело поднимается на ноги. В замкнутом пространстве жарко, дышать почти невозможно. Даже ему от воздуха этого дурно, а Крис…

[indent] Крис!

Чувствительные глаза довольно быстро привыкают к мраку. Вескер находит его — груду черной одежды, подлетает к нему в один прыжок, падает на колени, переворачивает на спину. Маска его для дыхания сбилась. Глаза закрыты. Пульс… пульс есть.

Альберт отряхивает его лицо от грязи, песка и пыли и плотно прижимает маску к лицу. Нервно выжидает хоть какой-то реакции, и, когда Крис всё же начинает дышать и приходить в себя, только выдыхает. Человек в его руках слепо озирается, хватает его за руки.

— Это я. Я! Крис! Всё хорошо. Мы пока живы. И выберемся отсюда обязательно, слышишь? — голос его звучит глухо.

Голос его чужой, потому что… предательски честный.

[nick]Albert Wesker[/nick][status]отравлен[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1093/734175.gif[/icon][fd]<a href="https://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]<center>неравный бой гравитации <br>с сопротивлением воздуха.</center>[/lz]

+2

9

[nick]Chris Redfield[/nick][status]рельсы шпалы кирпичи[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1036/742669.png[/icon][sign]... [/sign][fd]<a href="http://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]бог убит.<br>
(кому теперь молиться?) [/lz]

Вескер едва ли не загорается. Весь. Это пугает и сердце пропускает удар, вызывая не самые приятные воспоминания. Нет, не опять, пожалуйста. Ему гадко от того, что в носу запах паленой плоти и невозможно понять фантомный он или нет. Этот больной на всю голову так и старается найти приключений, то ли обладая неуемным гением, что требует себя питать все новыми знаниями, то ли просто идиот - результат один. Редфилд опять прикрывает ему спину, даже вопреки своим желаниям и совести. Это ничего хорошего не сулит, стоило бы быть более осторожным, не расслабляться.

- Не будь засранцем, лучше меньше обнимай здесь всех подряд иначе буду считать, что ты отчаянно пытаешься заставить меня ревновать, Вескер, - шуточка вырывается как-то сама собой и хочется прикрыть рукой в перчатке стекло, за которым спрятаны глаза. Отличная ведь щутка, да?

Погрузившись в себя, Крис не замечает ничего вокруг, дав себе всего-то пару минут для того чтобы привести голову в порядок. Разве что-то может сейчас случиться? Из того, что еще не случилось? Даже с его невероятным везением должен ведь существовать какой-то обозримый предел всего, что падает на голову как гребаная рояль с верхних этажей, когда вылетает из окна.

- Не нравится то, что я не ревную? - ворчит, закрыв глаза и делая глубокий вдох. Ему, если выберется отсюда, нужен отдых. Он обязательно где-то осядет, заляжет на дно и попытается несколько месяцев просто нихрена блядь не делать - жрать, спать и пить до отключки.
Возможно, хотя бы так станет легче. А если нет, то останется проклинать Вескера в очередной раз - избавил от одного камня на шее, чтобы тут же накинуть другой. И в этом был весь он, неповторимый и единственный почти_что_бог нового мира или как там он сам себя планировал называть в том будущем, что никогда не придёт.

Выдох. Вдох. Выдох.
Ладно. Пора брать себя в руки и действовать как профессионал. Иначе они тут так и увязнут во внезапно проснувшейся подозрительности Вескера и в тупых безудержных шуточках самого Криса. Они были словно какой-то защитный механизм, особая реакция, когда сказать было попросту нечего и, зачастую, никакой нагрузки в себе не несли, но либо были уж совсем придурковатыми, либо резали без ножа и по самому больному.

Внезапно, его едва не подкидывает на месте и Редфилд дёргается в сторону, но не успевает - комья мерзлой земли летят во все стороны, один крупный ударяет по маске и слышится неприятный треск, который вполне очевидно вызывает липкий зарождающийся страх.
Ноги оплетают корни и резко дёргают вниз, в дыру, которая образовалась на месте где он только что стоял. Кажется, ему лодыжку вывихнуло от того, с какой силой что-то его на себя тянуло.

Камушки, корни, земля - все стучал по маске, покрывая ее и визор сетью мелких трещин и портя обзор. Спина, плечи и голова бились везде, где могли удариться, будто его специально прикладывали.
Шлем зацепился за что-то и отлетел с громким звуком, врезаясь в камень. Балаклава и визор тоже остались где-то позади и тут все прекратилось.

Свет, который он не мог разглядеть из-за летящей в глаза земли, ощущение полёта и удар головой о твёрдый пол туннеля - темнота, перед тем как маска с фильтрами сползла. На ней за время этой дивной прогулки ослабли ремешки.

Приходит в себя Крис не сразу, его кто-то трогает и этот голос - Вескера - точно не снится. Он силится открыть глаза и вроде бы моргает, но ничего. Вообще ничего - глаз не видят. Полнейшая темнота.

Пальцы хвастаются за ткань одежды, сжимаются в какой-то просьбе. Сейчас, ещё немного, ещё чуть чуть и ему точно станет лучше, все пройдёт.

- Ты что-то сделал? Я ничего не вижу, - внутри зарождается чувство паники. Ещё не хватало застрять неизвестно где, с его главным врагом (и врагом ли?), без возможности видеть что происходит.
- Будто крипер по туннелю потащил блядь. В жизни больше за майнкрафт не сяду, - двигая руками и помогая себе, чувствуя прикосновения рук чужих, Крис принимает сидячее положение. Перед глазами черно. Голос человека рядом то близко, то далеко, а слева вода капает прямо на углубление в камне и слышно тихий плеск в собравшейся лужице. Звук отдаляется, почти исчезает, потом появляется вновь и становится чрезмерно громким.

Стон рвётся сквозь сжатые зубы и Редфилд закрывает свои уши руками.
- Черт, громко как. Что за потоп рядом? Эта гребаная капля меня с ума сводит.

Отредактировано Wanda Maximoff (2022-07-08 18:56)

+2

10

Успокоиться не выходит, и от этого Вескер психует ещё больше. Эта не к месту проснувшаяся эмоциональность сейчас только мешает, потому что ему бы сделать лицо кирпичом и начать думать/делать что-то полезное, а он Криса едва ли не в объятиях своих сжимает и боится, блядь, что его сейчас здесь потеряет — снова, но на этот раз насовсем. Сердце в груди бьётся так быстро и сильно, что даже дыхание, кажется, сбивается напрочь, потому что организм решает, что они куда-то бегут, не иначе. (Что за предательство со стороны собственных мозга и тела? Что за измены?)

— Всё в порядке… наверное. Потому что я в душе не понимаю, что ты несёшь, — только и отвечает Альберт, непроизвольно поглаживая Редфилда по плечам. — Да и здесь не очень светло, если уж на то пошло, а ещё ты…

(Вот и что ему сказать? Честно признаться, что Крис хлебнул воздуха со спорами, который его, вообще-то, по идее должен был уже убить или обратить во что-то вроде тех ведомых волей чужой волков? Что на нём не было маски — как долго, кстати? Сколько вдохов он успел сделать? Сколько отравы попало в его организм? Сможет ли тот коктейль вирусов, которым Альберт накачал его ещё в молодости, во время работы в С.Т.А.Р.З., побороть саму смерть? Или, что хуже, ненормальное посмертие?)

И… Вода?
Альберту приходится хорошо осмотреться, чтобы обнаружить её источник. Маленькую лужу, которая образовалась под одним из сталактитов. «Потоп», да? Чёрт. От этих слов Редфилда становится, без шуток, жутко. Самому ему, например, требуется прислушаться, чтобы хоть что-то такое услышать.

[indent] Зараза первым делом поразила чужой мозг? Органы восприятия?

— Ты головой ударился, когда тебя корни под землю утащили, — врёт Вескер, всё же совладав с голосом и приняв решение. — Нас утащили, если точнее. Видимо, ты упал неудачно, ничего страшного, пройдёт. И, как я уже сказал, тут довольно темно. Не для меня, что довольно неплохо с учётом обстоятельств, но человек без визора тут был бы что тот слепой котёнок. А твой визор куда-то пропал, видимо, не выдержал путешествия через землю. Почувствовал себя Умой Турман, а? Понравилось? Мне вот не очень, если честно. А теперь не дёргайся.

Альберт пересаживается, руки с плеч перемещает Крису на лицо и медленно вертит его, исследуя на предмет царапин или иных ранений, через которые может идти заражение. После заглядывает ему в глаза, подёрнутые, кажется, какой-то неестественной плёнкой. (Обратимо ли это? Даже если нет, и если в ближайшие часы Крис не умрёт на его руках, уж что-нибудь Вескер придумает. А, возможно, чужая регенерация сделает всё сама. В конце концов, штаммы в его крови позволили Редфилду пережить многое, в том числе самого Альберта. Это ли не показатель их качества?)

— Жив, цел, орёл. Руки-ноги чувствуешь, встать сможешь? — Вескер поднимается на ноги первым и помогает подняться Крису, ни на мгновение не выпуская его руку из своей. — Рассказываю. Нас закинули в какую-то пещеру. Тут, в целом, весьма себе симпатично, прямо-таки декорации для какого-нибудь фэнтези: грибочки с меня ростом и выше, светятся немного даже, но всё равно, сам понимаешь, так себе альтернатива нормальному освещению. Есть ли отсюда выход в душе не знаю. Но вижу проход дальше, и предлагаю двигаться в его сторону. Будь хоро… лучшим мальчиком, как в старые добрые, Крис, и просто следуй за мной.

Вескер понимает, что перегнул, когда рука Криса на мгновение сильнее сжимается на его предплечье — из-за одной неудачно вброшенной фразы, слишком сильно отдающей прошлым. Зря он это ляпнул, не было ни единой причины задевать Редфилда этими словами, но… на мгновение и правда получилось забыть годы, что они потратили на войну друг с другом. Во многом потому, что Крис — здесь и сейчас — так сильно напоминает себя прошлого, что это просто, блядь, невыносимо. Шутит. Делает вид, что всё в порядке. И что он правда Альберту… верит.

— Говори, пожалуйста, если почувствуешь что-то необычное или тебе станет хуже. Я думаю, у тебя может быть даже сотрясение, но мы сейчас не в том положении, чтобы я оставил тебя на месте приходить в себя, потому что не имею ни малейшего понятия, когда вернутся те корни. А они, как мне кажется, вполне себе могут.

Медленно, они с Крисом тащатся в сторону примеченного Вескером ранее прохода, и на поверку оказывается, что ведёт тот в пещеру побольше, а в ней, помимо светящихся грибов, есть ещё и небольшое сомнительного вида озеро. И, как это водится, ряд других ходов.

— Ну просто сказка, — бормочет Вескер, оглядывая их. — Три прохода, и поди ты угадай, в каком из них смерть свою встретишь.

Впрочем, смерть, кажется, сама спешит им навстречу, потому что из одного прохода показывается волк. Здесь, в темноте пещеры, выглядит он ещё хуже, потому что… светится, как и грибы, таким неярким люминесцентным светом. Но, если он пришёл сюда из этого прохода, значит, возможно, где-то там он нашёл вход?

Альберт резко, на выдохе, вновь вырывает щупальца из тела и разрывает кинувшегося на них с Крисом волка на кусочки с очень неприятным мерзким чавкающим звуком. 

[nick]Albert Wesker[/nick][status]отравлен[/status][icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1093/734175.gif[/icon][fd]<a href="https://simpledimple.rusff.me/">resident evil</a>[/fd][lz]<center>неравный бой гравитации <br>с сопротивлением воздуха.</center>[/lz]

+1

11

[icon]https://forumupload.ru/uploads/001b/2a/da/1036/742669.png[/icon][lz]<center>бог убит<br> кому теперь молиться</center>[/lz]

- Ага, и очень хочу убить Билла, - шипит сквозь зубы, что та змея. И что та змея ему хочется извиваться из-за жуткого дискомфорта в теле - дыхание стало тяжёлым и поверхностным, оно постепенно учащалось, а самого Криса бросало то в жар, то в холод.

Он почти поверил Альберту - просто темно, просто головой приложился и как только они выберутся на поверхность зрение вернётся. Момент почти полного отчаяния из-за своей беспомощности и бесполезности. Пальцы судорожно цепляются за складки чужой одежды от фразы, резанувшей слух - каков мудак, а?
Лучший мальчик, ну конечно. Привет из прошлого, такого далёкого и, внезапно, счастливого. Все те проблемы сейчас кажутся такими простыми и желанными, что Редфилд кусает губы и задерживает дыхание. Они были решаемы.

Тут позвоночник прошибает молния, проходит неприятным холодком и горьким осознанием. Грибы, да? Светятся блядь. Так светятся, что видит один Вескер, а вот Крис почему-то подобной привилегии лишён.

Он слышит возню, рычание и мерзкий звук, резанувший по ушам так сильно, что Крис стонет. Мгновения тянутся, в голове гонгом отдаются все звуки. Когда наступает тишина, Редфилд на ощупь прислоняется к стене.
- Светятся, значит, - цедит сквозь зубы. Безумно хочется курить. Он заслужил хотя бы одну чёртову сигарету за сегодня, но снимать маску опасно, как бы не хотелось послать все в ебеня и сорвать ее. Останавливало только понимание того, что после подобного демарша покурить точно не получится.
- Серьёзно? Напиздел и тут же забыл об этом? Купание в лаве явно не пошло тебе на пользу. Можешь подать жалобу в общество защиты мудаков планетарного масштаба, вдруг выплатят компенсацию, - без никотина он сам тот ещё мудак.

Внезапно не хотелось больше ничего. Тело ломало и лихорадило, пока только слегка, но чем больше времени проходило - тем больше хотелось лезть на стену. Или на потолок, в лучших традициях ужастиков.
Хотелось бы ему посмотреть на лицо Альберта во время его пробежки по земляному своду с поворотом головы на сто восемьдесят градусов.
Хотелось бы ему посмотреть на лицо Альберта.
Хотелось бы.

Но он ничего не видел.

И, вероятно, не увидит больше. Непонятное чувство терзало изнутри, забирая надежду на призрачное завтра. На иллюзорную возможность пережить он не помнит какое по счету дерьмо, чтобы потом посмеяться надо всем да забыть.

Расслабиться, вернуться к вечной погоне и влипнуть в еще большее дерьмо.
Хотя, куда уж большее? Самое главное дерьмо в его жизни, в которое он с размаху влетел, сейчас стояло рядом и отзывалось на Альберт Вескер.
Судьба попросту безжалостная сука, которая сводит их вновь и вновь, каждый раз заставляя считать, что один из них мёртв и, почему-то, это всегда не Крис.

Возможно, все наконец пришло к своему логическому завершению и на этот раз исчезнуть пришла очередь Редфилду. Насовсем.
Он не настолько охеренен, чтобы пережить купание в вулкане, как некоторые. Даже сраная плесень его ослепила. И где-то там, в этих переходах, сейчас сидит неведомая ебаная херня, утащившая его с поверхности.

Слух вновь резануло когда маленький камушек сорвался откуда-то сверху. Из прохода, что был ближе всего к ним, доносился далёкий скрип. Иначе звук назвать было нельзя, но и это определение не слишком подходило.

- Нам сюда, - скорее всего там не выход, а вход. Прямо в Ад. И Крис приведёт их туда, а если Вескер бросит его здесь, то доползет один и взорвёт все к чертовой матери. У него пока еще есть чем.

Запахи становились все более резкими и четкими, будто до того он всю жизнь страдал двусторонним гайморитом, а тут вдруг отпустило.
- У тебя странный запах, - сорвалось против воли. Это не было запахом тела, слишком сложно описать.
Редфилд не чувствует - чует, не страх, но беспокойство. Да, именно его.

Плесень его не убивает, по крайней мере, не сразу. Это мутация.

Вот же блядь.

+1


Вы здесь » horny jail crossover » фандомные эпизоды » cross the (what)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно